Философские аспекты амбивалентной природы информации в концепции Бейтсона.

Ключевым понятием концепции Г.Бейтсона выступает концепт паттерна-фрейма-фантазма – определенной структуры данных, описывающих фрагмент знаний человека о мире, о его месте и о соотношении с другими компонентами этого мира.

I. Мировоззренческой платформой учения Г. Бейтсона является представление о многомировой структуре Вселенной, которая возникает в результате сопряжения и столкновения солипсистских паттернов, — тонких и овеществлённых, — порождаемых отдельными воспринимающими инстанциями. Тем самым в обществе и в природе индивидуальный солипсизм восприятия «корректируется» солипсизмами других индивидов. С этих позиций «принцип реальности» или «объективности» трактуется мыслителем как эффект проникновения, вторжения в контур паттернов- фантазмов одного субъекта образований фантазмов (паттернов) другого субъекта. Взаимопроникновение между индивидуальными мирами, согласно Бейтсону, по сути, имеет черты идиосинкразии, т.е. внешнего заражения данностью паттернами Другого мира, которые во многих случаях (часто) не подлежат различению и разоблачению, и наивно воспринимаются как нечто «естественное», «объективное» и не вызывающее опасности и отторжения, по крайней мере, на этапе «заражения». Глубинный характер внешнего влияния и впечатлительность заимствующего акцептора (способного воспринимать и принимать), реципиента связаны с эволюционной спецификой развития живого и, в особенности, человека.

II. Особое внимание Г.Бейтсон уделяет способности человека не только приспосабливаться, адаптироваться к данным ему извне установкам, но и способности эти установки и контексты менять в собственных интересах, причем менять осознанно, с возможностью контролировать данный процесс изменения. Приспособлением, по Г.Бейтсону, является процесс изменения и адаптация внутри контура сообразно изменениям внешней среды, т.е. изменение внутреннего паттерна под влиянием внешнего. В этом случае ущерб, наносимый изменением одного лишь внутреннего состояния, проявляется в виде стресса. Это объясняется тем, что постоянное приспособление порождает дисгармонию внутреннего паттерна относительно внешнего, который может измениться в любой момент, к тому же, приспособленческая способность любого живого организма ограничена в физическом плане, а человека еще и в психическом. Регулированием Г.Бейтсон называет процесс сохранения паттерна внутри контура, несмотря на изменения внешнего контура.

Однако и данное явление возможно лишь в ограниченных пределах, так как удерживать тот или иной фактор в рамках совместимых с гармоничным существованием требует от организма больших затрат. В случае достижения критической точки «терпения» организм в наибольшей степени подвергается стрессу. Контраст между приспособленцами и регуляторами можно экстраполировать еще на шаг для включения тех, кого можно назвать «экстра-регуляторами», т.е. тех, кто осуществляет гомеостатическое управление вне тела посредством изменения и управления окружающей средой. Человек наиболее явный представитель этого класса, так как в наибольшей степени обладает всеми предпосылками, делающими возможным переход от приспособленчества к регуляции, а в дальнейшем и к экстра-регуляции. Экстра-регуляция — это способность выявлять порочность и патогенность связей и отношений, казавшихся ранее естественными и очевидными.

III. Огромное значение в концепции Г.Бейтсона имеет информация. Под информацией здесь понимается различие, небезразличное для данной информационной системы в силу своей различимости для таковой, возникающей из-за превышения некоторым различием порога различения. В свете выше описанных представлений Г.Бейтсона об отношениях между внутренними и внешними паттернами, способность экстра регулирования контекста для человека представляет определенные возможности и преимущества.

Переход в «режим» экстра-регуляции означает для человека способность распознать патогенность тех социальных связей, казавшихся ранее естественными и безальтернативными. Речь идет о тех связях, которые носят паразитические характер, делая человека несчастным. Сложность этого выбора состоит в трудности правильно распознать, различить и интерпретировать контекст. (Случай Анны О. из клинической практики З.Фрейда у психотерапевта Й. Брейера: Пациентка Анна О. обратилась с жалобой на расстройство зрения, онемение конечностей и нарушение речи.

Используя гипноз Брейер узнал, что первые симптомы заболевания появились, когда она стала ухаживать за больным отцом. В процессе ухаживания она испытывала противоречивые чувства: неприязнь к отцу из-за его болезни и чувство вины за эту неприязнь. Здесь можно выделить следующие противоречивые посылы: Два внутренних: 1. Посыл, порожденный биологическим паттерном- отвращение, неприязнь к больному; 2. Посыл, порожденный эмоциями — чувство вины за неприязнь, так как больной – это родной человек; И внешний, закрепляющий — общественное порицание за неприязнь к отцу. Следствие этого явились физические нарушения, так как гармоничного отношения между этими посылами не было.) Экстра-регуляция предполагает способность человека не только раскодировать, но и перекодировать информацию действительности в целях своего собственного гармоничного развития. Из этого следует, что для Г. Бейтсон информация – это баланс, возникающий между различием и игнорированием. Причины появления двойных посланий Г. Бейтсон видит в некоторых «пороках» сложившихся в традиционном способе восприятии информации:

1. Путаница в преподавании языка.

Давая те или иные определения, мы зачастую перечисляем их признаки, хотя согласно Бейтсону правильнее было бы говорить об отношениях, возникающих между описываемым предметом и контекстом, в котором он состоит, т.е. так предлагается основой определений сделать отношения между частями. (Глагол – слово, обозначающее действие; существительное- это имя предмета вещи. Однако правильнее было бы говорить о сказуемом как слове, вступающим в определенную связь с подлежащим и наоборот. Так как что-либо может быть познано и хотя бы частично понято лишь в сравнении с еще, по крайней мере, 1 предметом, во взаимодействии с ним.

2. Недостаток языка.

Бедность языка выражается в том, что, описывая что-либо, например стол мы можем одним словом, эпитетом охарактеризовать только с одной стороны этот предмет. Язык постоянно утверждает при помощи синтаксиса подлежащего и сказуемого, что вещи имеют какие-либо признаки. Однако, с точки зрения науки, это некорректно, правильнее было бы говорить, что «вещи» порождаются, кажутся отдельными от других «вещей» благодаря отношениям между ними возникающим.

3. Ошибки логической типизации.

Во-первых, это путаница логических типов объектов одного логического уровня(когда данные принимают за команды и наоборот). Во-вторых, это сведение в одной дискурсивной линии понятий разноуровневых логических типов. (Класс не может быть собственным членом)

4. Невозможность влиять на процесс восприятия.

Процессы восприятия информации получаемой нами из внешнего мира нам недоступны, мы сразу получаем результат, с которым и вынуждены «работать». Экспериментальная эпистемология, по словам Г.Бейтсона, и начинается, во-первых, с того, что мы не осознаем процесс создания образов, которые сознательно видим, во-вторых, в этих бессознательных процессах мы используем целый ряд исходных предпосылок, которые оказываются встроены в окончательный образ. Примером здесь может служить любой оптический обман.

5. Надежда на закономерность.

В восприятии информации мы используем определенные устоявшиеся шаблоны мышления, мы надеемся на закономерности и иногда делаем обобщения в реальности неверные. Если нас просят продолжить ряд букв «а», «в», «д», «ё», то на вопрос, какой будет следующая буква ответ, скорее всего, будет «з», однако я как «составитель» данной задачи могу утверждать, что следующей буквой будет «к», и я не буду не права. Причинами того, что человек не может адекватно оценить паттерн является то, что он меняется.

Даже если изначально данная закономерность имела место быть, то в результате каких-либо внешних влияний или же посредством дробления этот паттерн может быть нарушен, к тому же, это может произойти и в будущем, а такого варианта событий мы никогда с абсолютной уверенностью рассчитать не сможем. К тому же, мы не можем определить, где паттерн начинается, а где заканчивается, поэтому и построенные нами закономерности могут являться ложными. Однако здесь следует помнить, что большой объем информации человек усвоить не сможет, человек не способен (или не обучен) качественно анализировать одновременно большое количество контекстов. Г. Бейтсон, говоря о процедурах генерирования и структурирования информации, не отрицает и положительную роль такого явления как «Бритва Оккама». Без подобного предельного критерия не существует способа выбора между несколькими гипотезами. Т.е. сам процесс восприятия человека возможно на психологическом (а может и на физиологическом) уровне устроен так, что содержит в себе нечто, наподобие такой бритвы. В ее отсутствие можно предположить, что человек не просто получал бы искаженную информацию, а получал бы ее в таком огромном объеме, что просто бы не выдержал.

В Восприятии информации Г.Бейтсон большое внимание уделяет контексту и его роли в процессе восприятия и генерирования информации. Прежде всего, следует обратить внимание, что мир информации является уникальным по своей природе. Если сравнивать его с миром физических вещей, то утверждение «из ничего не будет ничего» не действует. Этот закон отличается от закона, например, сохранения энергии, т.к. информация может и возникнуть, и исчезнуть не оставив и следа. Сообщение перестает быть сообщением, если его никто не может прочитать. Так, например 0- это фактическое отсутствие каких — либо событий, может служить сообщением. Что-либо нами не сделанное, не сказанное в контексте приобретает смысл. Это умение создавать контексты есть способность получателя информации. Говоря о своеобразности работ Г.Бейтсона необходимо заметить, что можно провести некоторые параллели с исследованиями и других философов. В частности с И.Кантом: Реальность не познается, а конструируется. Это происходит посредством априорных категорий сознания (время, количество, качество).

Априорные категории — это фильтры, устанавливающие и структурирующие сознание. Г.Бейтсон называет это паттернами. Для И.Канта анализ этой машины восприятия ассоциируется не с отдельным индивидом, а с человечеством в целом. Так же некоторые параллели можно провести и с деятельностью Франкфуртской школы: Абстрактное мышление игнорирует конкретное, и в этом случае утрачивается индивидуальное. Абстрактное мышление формирует надындивидуальные структуры, которые властным образом действуют на индивидуальные. То, что не вписывается в модель, объявляется неприемлемым, необоснованным — так называемое «насилие над индивидуальным». Г. Бейтсон называет это игнорированием различий. Несколько схожих аспектов можно найти и в работах постмодернистов (Фуко, Деррида, Делез). Символизация реальности по сути своей тоже генерирование информации.

Фундаментальным ракурсом является соотношение жизни и кода. Например, коды западноевропейской культуры не являются единственными, безальтернативными, так случилось, что они просто исторически выбраны. Эти коды часто носят репрессивный характер. Это Г. Бейтсон называет патогенными связями, так как они не способны воспринимать другие паттерны. Останавливаясь на выявлении таких связей, становиться вопрос о построении таких связей, которые можно было бы назвать биогенными, т.е. такими, где минимализировано насилие, где отношения между носителями различных паттернов являются более гармоничными. На основании вышесказанного, можно констатировать, что согласно Г.Бейтсону, реальность есть комплексное сопряжение восприятий различных субъектов. Производство реальности — это производство информации; от глубины восприятия человека зависит, будет ли эта реальность патогенной, осколочной, поверхностной или же гармоничной и счастливой.

Источник:  журнал «Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук»

Ссылка на основную публикацию
Adblock detector