Человек пишущий и человек читающий

Человек пишущий и человек читающий – единая основа со-творческого процесса, одна из форм универсального диалога сознаний, способного осмыслить или преодолеть реальность времени и пространства. Осознание необходимости письменной фиксации мыслей, знаний, фактов стало прорывом в истории человечества, а оформление этих записей в книжную форму определило идею целостности, завершенности ценностно оформленных идей.

Применительно к Лермонтову, вопрос о феномене «книги» в полном объеме не осмыслен. Уникальность лермонтовского «я», грандиозность космического миросозерцания,  конфликт мировых антиномий, исследованные литературоведами и философами, долгое время оставляли в тени одну из основ авторского миромоделирования. Книга, в ее классическом варианте, предполагающая идею законченности, завершенности и ориентированная на последовательную природу чтения, словно не вписывалась в беспредельность устремлений лермонтовских героев. Между тем, именно книга и сопутствующие ей образы и мотивы формируют универсальную авторскую идею возможности/невозможности познания тайн бытия. Конечно, речь идет не об отдельной книжной форме существования того или иного произведения или произведений (хотя и этот контекст весьма важен для знакомства отдельного читателя с тем или иным художественным миром), а о феноменологии книги, проявленной в создании объемной картины мира в авторском варианте исполнения. Мотивы чтения и перечитывания организуют напряжение лермонтовского диалога с людьми и мирозданием, в его художественной системе судьба человека складывается из отдельных листов написанной им жизни, проявлена на небесах и в огромной «книге судеб». Пророческому сознанию тайны этих записей становятся известны уже в момент земного бытия.  В предлагаемом исследовании мотив чтения и художественный феномен книги впервые  осмыслен как мирообразующий принцип художественной эстетики писателя, позволяющий во многом по-новому осмыслить природу его творческого мышления.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector