АРХИВНЫЕ ДОКУМЕНТЫ И ДОКАЗАТЕЛЬСТВО РОДСТВА

Режим доступа и использования архивных документов является важным условием для успешного доказательства и отстаивания гражданами своих прав на основе отношений родства. В настоящее время возросла необходимость в использовании для этих целей документов досоветского периода. В этой связи пользователи могут столкнуться с двумя важными проблемами — написание отчества и отсутствием фамилии как нормой в актовых записях в метрических книгах.

На практике даже сотрудники учреждений ЗАГС запись о’ рождении ребенка у бесфамильного крестьянина истолковывают так, что некий младенец родился у родителей, отчества которых в метрической книге не указаны, а у матери (видимо, по аналогии с советским периодом) «сохранилась» добрачная «фамилия» (в действительности — отчество). В 1920-е годы в нашей стране фамилии появились у всех ранее бесфамильных граждан.

Их «офамиливание» производилось явочным порядком, без особых на то решений органов исполнительной власти. Подтверждением тому служит циркуляр НКВД СССР № 169, изданный в 1940-м году, который устанавливал порядок «укрепления» фамилий за их реальными(по паспорту) носителями. Основой для решения этого вопроса были заключения органов ЗАГС по месту жительства заявителя. Авторам циркуляра было известно, что по месту рождения и получения фамилии в 1920-е годы никаких подтверждений получить было невозможно.

Строго говоря, в обязанность архивного учреждения не входит истолкование актовой записи. Однако в настоящее время среди государственных организаций, кроме архивов, нет таких структур, которые могли бы правильно интерпретировать социально-правовой смысл актовой записи о бесфамильных лицах, с учетом того, что грамматически написание отчества в прошлом в ряде случаев совпадало с ныне принятым написанием фамилии. В такой ситуации госархивы не могут устраняться от правильного

истолкования подобных записей. Однако констатировать, что «фамилия в актовой записи не указана», недостаточно, т.к. это открывает дорогу правовой неопределенности.

Важны причины, по которым в актовой записи не указывается фамилия — либо это ошибка ее составителей, и тогда заявитель имеет право на внесение изменений в актовую запись в установленном порядке, либо запись составлена верно, но не содержала фамилию.

Причины, по которым в дореволюционных актовых записях зачастую нет фамилии, известны именно историкам-архивистам, /(умается,   что   этот  вопрос   настоятельно  требует  нормативного урегулирования на внутриведомственном уровне.

Ситуация дополнительно осложняется тем, что родственные отношения могут стать объектом разного рода мошенничеств. В ряде регионов, затронутых Великой Отечественной войной, есть пробелы в актовых записях за  10, 20 и более лет. Технические средства    вполне    позволяют    изготовить    нужный    мошеннику документ,   состаренный   на    50-60   лет.   Борьбу   с   держателем поддельных документов можно вести разными путями, один из них -привлечение биографических документов (о работе, учебе, службе в армии, членстве в партии и комсомоле) о лице, чьи документы о рождении вызывают сомнения, если нужная актовая запись утрачена или не найдена. Любые заинтересованные лица не должны встречать абсолютно    никаких    препятствий    к   доступу    к    несекретным биографическим  документам   о  лицах,  ныне умерших,   или  тех, смерть   которых   предполагается   на   основе   данных   о   средней продолжительности  жизни   (т.е.   старше  75-ти  лет).   При  жизни каждый гражданин при жизни обладает определенным комплексом прав и обязанностей, которые, согласно ст. 17 ГК РФ, прекращаются г его смертью. Это относится и к праву на защиту тайны личной жизни, которое для умерших граждан не существует, к их потомкам не переходит и перейти не может ни по каким основаниям. По наследству не может перейти и право фондообразователя (или лиц, прямо им назначенных) личного фонда на ограничение доступа к соответствующим документам, переданным им на госхранение. Иногда чем-то недовольные или просто корыстолюбивые потомки небезуспешно пытаются убедить архивистов в обратном. Между тем отказ третьим лицам в предоставлении информации, в том числе персональных данных, об умерших граждан, нарушает права ныне живущих лиц. предусмотренные статьями 12 ФЗ «Об информации» и ст. 14 ныне действующего Положения об архивном фонде РФ. К сожалению, такая ситуация стала чуть ли не нормой в ведомственных архивах по личному составу.

Кроме того, персональные документы содержат сведения не только о личной, но и об общественной деятельности гражданина, и эта информация не должна и не может являться тайной для окружающих.

Следовало бы более четко определить базовый срок закрытости персональных данных как 75 лет минус возраст лица на  момент составления персонального (личного) дела, вспомнив соответствующую норму, утвержденную на уровне Президиума Верховного Совета СССР. Использование в целом ряде научных работ персональной информации о ныне умерших лицах доказывает, что де-факто они используются и включаются в научный оборот независимо от родственных отношений пользователей. Анализ архивного законодательства показывает, что установление для пользователей    такой        персональной    информации дифференцированного режима доступа в зависимости от цели и категории пользователя незаконно.

Иногда для отстаивания права очень важно иметь убедительные доказательства отсутствия тех или иных сведений в сочетании с характеристикой сохранности (полностью или не полностью) соответствующего документального массива. Думается, что оформление соответствующего документа об отсутствии сведений должно быть приравнено к справке социально-правового характера, как это практикуется в аналогичных случаях органами ЗАГСа.

Иногда практикуется и неудовлетворительное оформление положительных ответов на так называемый тематический запрос, когда ответ не заверяется гербовой печатью. Законодательно, на уровне Положения об архивном фонде РФ (п. 14), предусмотрена выдача только «заверенных (курсив мой — АВ) копий и выписок из документов, справок социально-правового характера». Заверение, по общему правилу, всегда предполагает подпись ответственного лица и печать учреждения, где хранится подлинник документа. Опускать тот или иной из атрибутов заверения архивных копий неправомерно и нарушает права потребителя информации или, как минимум, способно создать для него определенные неудобства.

При истребовании копий любых документов (в том числе и персональной информации) неправомерно предъявлять к заявителю требование не просто констатировать, но прямо доказать свою заинтересованность в получении тех или иных сведений. Законодатель не возлагает обязанности доказывания такой заинтересованности даже на заявителей, обращающихся в органы ЗАГС по поводу актовых записей на умерших лиц.

Даже в судебной практике по установлению фактов, имеющих юридическое значение (в том числе утраченных актовых записей), суд, как правило, довольствуется лишь декларацией заявителя о его заинтересованности. Вряд ли обоснованно для выдачи справки о сведениях, зафиксированных в уже существующих источниках, требовать от заявителя доказательств его заинтересованности. Тем более неправомерно требовать (как это делают органы ЗАГС) доказательств родства с умершим лицом, о котором запрашиваются сведения. Законодательство об архивном фонде и о записях гражданского состояния не только не сводит заинтересованность заявителя к родственным отношениям, но, напротив, не требует от заявителя исключительно юридического интереса. Представляется, что заинтересованность заявителя (пользователя) на практике может иметь самую различную природу (гуманитарную (генеалогия), научную и т.д.).

И в заключение — несколько более частных замечаний.

В силу повышенной актуальности именно документы, относящиеся к концу XIX — началу XX века, и в первую очередь соответствующие метрические книги, следовало бы в первую очередь подвергать плановой реставрации. Эти документы весьма нуждаются в такой обработке, т.к. с момента создания подвергались гораздо более интенсивному использованию, чем аналогичные дела XVIII — начала XIX веков, несмотря на меньший возраст.

С органами ЗАГС связан и такой вопрос. Недавно в госархивы разного уровня были переданы на постоянное хранение материалы органов ЗАГС за 1920-1925-й годы. По возможности доступа исследователей эти материалы также должны быть приравнены к основной части архивного фонда, однако в ряде районных архивов, куда также попали эти документы, этот порядок не применяется и данные материалы недоступны для исследователей, не являющихся родственниками интересующих их лиц.

В связи с этим представляется, что назрела необходимость осуществить полный или выборочный мониторинг использования персональной информации государственного архивного фонда, независимо от места ее хранения, и при необходимости уточнить правила ее использования.

Ссылка на основную публикацию
Adblock detector