Особенности современной публицистики

Современная публицистика использует различные приемы воздействия на читателя, которое осуществляется благодаря выразительности, необычности, неожиданности авторских суждений, непринужденно- разговорному языку «с неожиданными пропусками слов и произвольной расстановкой акцентов». Многие современные писатели избирают публицистические жанры.

На наш взгляд, одним из самых ярких писателей-публицистов является Т.Толстая. Мы исследовали ее эссеистические произведения с целью установить, какие изменения и процессы происходят в современной публицистике и каковы основные приметы публицистического стиля в наши дни. Попытка проанализировать тексты Т.Толстой в модусном аспекте, выявляя характерные черты стиля и устанавливая новые тенденции в публицистике и приемы воздействия на читателя, осуществлялась на материале сборника «День» (трех лирических эссе из части сборника, озаглавленной «Частная годовщина», а именно: «Квадрат», «Что в имени тебе моем?» и «Женский день»). Рассмотрев модусный уровень эссе, мы отметили ярко выраженную оценочность и экспрессивность. Оценочность проявляется на разных языковых уровнях: лексическом, синтаксическом, стилистическом, например: — в использовании слов с оценочной семантикой (примитивные притчи, дешевые поучения; мелкой суетливой возней; неучей, посредственностей и бездарностей); — в употреблении стилистически маркированной лексики, например, использовании библейской лексики и метафор при описании художника «доквадратной» эпохи: таким образом утверждается божественное начало истинного искусства) и др. Кроме того, встречаются прямые оценки субъектов, признаков, ситуаций: Не всякое самоназвание благозвучно для слуха иных народов, и глупо настаивать на его адекватном воспроизведении.

Экспрессивность произведениям Т.Толстой придает прежде всего динамизм речи, создаваемый за счет списков и каталогов, характерных для постмодернистской литературы: Бог (ангел, дух, муза, порой демон) уступают); что именно (жадность, корысть, самомнение, чванство). Созданию языковой экспрессии способствуют и яркие тропы, и употребление экспрессивной лексики, слов с отрицательной коннотацией: ха-ха, ужас, фурии, кричат, унижают, тыкают в тебя пальцем, восклицания и обращения к читателю: Ужас какой!;

Главное – в пику Горбачеву, правильно? Писательница-публицист часто обращается к форме повелительного наклонения: надо объявить, повторяйте за мной, платите деньги. Таким образом создается диалог с читателем и оживляется ситуация. Тексты Т.Толстой в основном написаны от первого лица в форме единственного и множественного числа, но встречается и повествование от третьего лица. Подобная игра с различными грамматическими формами дает возможность автору использовать прием речевых масок, который позволяют ей оценить ситуацию с разных позиций. Первое лицо единственного числа чаще используется при выражении личных чувств, эмоций и описании событий жизни писательницы. Но иногда это «я» переходит в «мы» — таким образом, проза Т.Толстой тяготеет к объективизации, общечеловеческим смыслам и значениям, форма множественного числа включает читателя в произведение: Ища его, мы ищем себя, отрицая его, мы отрицаем себя, глумясь над ним, мы глумимся над собой, — выбор за нами.

Кроме того, мы обратили внимание на частое употребление конструкций типа: я не знаю, я думаю, которые, с одной стороны, усиливают субъективность, а с другой – являются определенной игрой с читателем. Объективизация, создаваемая за счет различных мнений и точек зрения, взглядов с разных сторон, – важная черта публицистики Т.Толстой. Но эта объективизация только внешняя. Внешняя объективизация в сочетании с субъективной интерпретацией – сильный прием воздействия на читателя. Эффективность приема заключается и в его достаточной скрытости от поверхностного читательского взгляда. Например, интерпретация может быть выражена простой постановкой цитаты в определенное место в тексте или частотностью обращения к определенному источнику (слова Бенуа в эссе «Квадрат» цитируются три раза). Учитывая, что фундамент, на котором основывается текст, — это синтаксический уровень, мы обратили особое внимание на повторяющиеся элементы, которые сигнализируют о тематических доминантах, — типы выдвижения. Эти элементы формально организуют текст, фокусируют внимание читателя на определенных моментах сообщения, выражают имплицитные смыслы. Одним из важнейших типов выдвижения является сцепление – появление похожих элементов в сходных текстовых позициях. У Т.Толстой часто встречается контактное и дистантное семантико- синтаксическое сцепление. Контактное сцепление служит для усиления экспрессивности, нагнетения и усиления смыслов: самой знаменитой, самой загадочной, самой пугающей картины на свете.

Наиболее сильным воздействующим эффектом обладает использование семантического сцепления антонимов и синонимов, особенно в сочетании со стилевой игрой: обозначил пропасть между старым искусством и новым, между человеком и его тенью, между розой и гробом, между жизнью и смертью, между Богом и Дьяволом; менее знаменитые, не такие значимые, не столь притягивающие, словом, они хуже. Часто постановка слов в один ряд (благодаря возникающим связям) обогащает их новыми смыслами: Это красочные, декоративные полотна];

У него есть пейзажи, розоватые, импрессионистические, очень обычные. Возникают окказиональные дополнительные оттенки значения слов (в приведенных примерах такие оттенки приобретают прилагательные красочные, импрессионистические). Одно из наиболее действенных средств воздействия на читателя — повтор. Это буквальное повторение элементов текста, которые не дают новую, а упорядочивают имеющуюся информацию. Повтор, особенно в сочетании со стилевыми приемами, может быть использован для усиления экспрессивности, нагнетения: Обнаружение той критической, таинственной, искомой точки, после которой, в связи с которой, за которой нет и не может быть больше ничего; все должны быть как один <…> все, все должны быть как один . Повтор выражает и авторскую мысль, оценку: в Эссе «Квадрат» по отношению к картине Малевича семь раз употребляется адъектив с семантикой простоты (в значении примитивности): четыре раза употреблено определение простой, один раз – простейший и два раза – несложный: Эту несложную операцию мог бы выполнить любой ребенок; подсказал художнику простую формулу небытия. Повтор может встречаться в сочетании со сцеплением.

Например, антитеза, основанная на однокорневых антонимах и контактном сцеплении синтаксических конструкций, оказывает сильное воздействие на читателя: ремесло не нужно, нужна голова; вдохновение не нужно, нужен расчет. Для публицистики Т.Толстой характерно построение сложных длинных предложений с повтором союзных средств, со вставными конструкциями, в которых часто звучит голос автора: все должно быть бессмысленным, низменным (якобы демократичным, якобы доступным); иерархия ценностей непристойна (ведь все равны).
Таким образом создается впечатление потока разговорной речи и возникает доверительная атмосфера, читатель чувствует себя собеседником автора. Т.Толстая сталкивает слова из разных семантических слоев языка. Ярким сатирическим средством служит окказиональное соединение словосочетаний в одну фразу: расползающуюся ткань языка родных осин; в сточных водах Черного моря.

Сатирически звучит замена одного из членов клишированной фразы: на заре коммунизма (ср. на заре цивилизации), у них еще и партбилет не остыл, намозоленному уху. Еще одной яркой чертой публицистики Т.Толстой является стилевой эклектизм. Использование возвышенного стиля часто служит сатирическим приемом. Особенно иронично (а порой и саркастично) звучит библейская возвышенная лексика, использованная для гиперболизации, в описаниях простых действий, например, создании черного квадрата; мы обнаружили следующие лексемы: исповедовал (2 раза), зов, предстал, вобрал в себя. Здесь следует особо отметить контраст стиля и смысла: описываемый процесс Толстая тут же называет «сделкой с Дьяволом».

Стиль может нести смысловую нагрузку, обогащая основную идею текста: например, использование религиозных реминисценций и библейской лексики при описании процесса творчества соотносит художника с Творцом, а промысел художника – с божественным озарением. Толстая соединяет не только стили (разговорный, публицистический, научный), но и дискурсы (фольклорный, политический). Рядом с просторечными выражениями и разговорными конструкциями могут встретиться единицы научного стиля: Так что пущай с делами президенты разбираются. Поговорим о словах. вопреки фонетическим законам живого (русского) языка требуется воспроизводить звуки иных наречий с максимальным приближением к звучанию оригинала. Игра слов, оживление внутренней формы слова ведут к возникновению каламбуров: Малевич – замалевал; каламбуры возникают и за счет сочетаемости лексем: «Новинки» и модные скандалы  не новы и не скандальны; фонетического, или фанатического, чванства. Толстая использует развернутые иронические метафоры, «играя» со стилями: Шаря руками в темноте, гениальной интуицией художника, пророческой прозорливостью Создателя он нащупал запрещенную фигуру запрещенного цвета.

Писательница намеренно использует многие черты разговорной речи, чтобы добиться «взаимопонимания» с читателем. Например, о непонятном божественном начале она говорит «это», «оно», как будто не умея подобрать подходящее слово или суеверно боясь назвать его. Используются характерные разговорные конструкции: Художник <…> знает, что сам-то он, художник, обсуждалось-переобсуждалось, хрен с ним, что с них взять. Таким образом, мы установили, что публицистика Т.Толстой обладает явно выраженной оценочностью, причем оценка выражается на различных уровнях (лексическом, синтаксическом, стилистическом, пунктуационном и на уровне типов выдвижения и реминисценций).

Можно утверждать, что современная публицистика использует активное воздействие на читателя, которое осуществляется за счет диалога с читателем (формы повелительного наклонения, форма первого лица множественного числа глаголов, включающая читателя в произведение), приема речевых масок (ситуация оценивается с разных позиций) и внешней объективизации в сочетании с субъективной интерпретацией, сцеплений и повторов, использования прецедентных текстов, разговорной речи, близкой читателю и «стирающей» дистанцию между автором и читателем (длинные предложения с обилием союзных средств, повторов и вставных конструкций, разговорная и просторечная лексика).

Таким образом, публицистику Т.Толстой можно охарактеризовать как публицистику сатирическую, которая проявляется благодаря окказиональным соединениям слов и словосочетаний, разбиению клишированных фраз, вставным конструкциям, стилевому эклектизму и снижению стиля, игре слов с возникновением каламбуров, тропам. Итак, кроме черт, характерных для жанра эссе и современной публицистики в целом, мы выявили особенности публицистики текстов Т.Толстой, в том числе, приемы воздействия на адресата.

Источник:  журнал «Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук»

Ссылка на основную публикацию
Adblock detector